Автомобили

Поле чудес.

Героический опус.

Поле чудес, или всеобщее автострахование.

День влюблённых начинался многообещающе. Суббота, пять утра, Москва ещё только-только просыпается, погода шепчет. На одиноком, забытом богом и людьми, пешеходном светофоре одна на всём пространстве широкого столичного шоссе стоит "девятка". В ней о чём- то близком и родном задумался мужик средних лет. Чудится мне не то острова с пальмами, не то серфинг на гребне волны. Нет, скорее всего, это были пышногрудые блондинки в откровенных нарядах. Вокруг не было ни людей, ни машин, и черти меня разобрали остановиться на красный свет этого светофора. Помня кое-что из институтского курса теории вероятности, я наивно полагал, раз вокруг столько места, то я могу пребывать в полной безмятежности. Но теория в очередной раз разошлась с практикой.
Видимо, звезды на небе в тот день сложились для меня в какое то неприличное слово. Ибо гармонию человека с природой нарушил старенький ЗИЛ… Удар сзади был такой силы, что сломалось водительское сидение, а остатки машины, отлетев метров на пять, замерли в сугробе на обочине. Река жизни круто поменяла своё русло. В голове пронеслось: "А ведь секунду назад это можно было не допустить…" Следующая мысль: "Могло быть и хуже!" Около моего переднего бампера возвышался бетонный столб, и если бы не глубокий сугроб, о который я замедлил свой полёт, то остались бы от меня одни воспоминания. Ну и, конечно, главный вопрос, не давал мне покоя: какому "доброжелателю" я обязан столь сильными впечатлениями? Хотелось провести с ним задушевную беседу… Кое-как выбравшись, увидел водителя ЗИЛа. Он, как настоящий герой, ковыляя, спешил мне на помощь. Мужик потирал разбитый лоб, бормотал что-то невразумительное и всячески извинялся. Странно, но говорить, какие горячие чувства я к нему испытываю, почему-то расхотелось. Вызвали ГАИ. Пока ждали, нами заинтересовался проезжавший мимо, милицейский патруль. Побеспокоились, не дерёмся ли мы тут, часом. Получив отрицательный ответ, поспешили дальше. Доблестные работники ГАИ оперативно прибыли через пять часов, после вызова. Искренне удивившись, узнав, сколько мы их ждём, стали выяснять, по какому номеру телефона вызывали. Услышав 02, весело заухмылялись. "Вы бы ещё в Организацию объединённых наций позвонили", - читалось по их довольным лицам. Оказывается, лучше было звонить в местное районное ГАИ, ну в крайнем случае по каким то специальным городским телефонам. В воздухе повис вопрос. Откуда нормальные люди, попадающие в аварии далеко не каждый год, могут знать к ведению какого отделения ГАИ относится каждая конкретная улица в Москве, а заодно его телефон? О специальных номерах мы тоже слышали впервые. Внушило оптимизм то, что настоящие советские ценности мы растеряем ещё, видимо, не скоро. Протокол составили быстро, спорить было не о чем. Тогда же я впервые услышал зловещую аббревиатуру "ИНФОРМСТРАХ", именно там был застраховано издательство, которому принадлежал ЗИЛок.
Встретились в понедельник. На удивление быстро получили в ГАИ справку об аварии (два часа - разве это срок?) и поспешили в страховую компанию. Там нас встретила улыбающаяся физиономия специалиста отдела по урегулированию претензий Лебедева Михаила Ивановича. Ещё тогда, увидев его по-боксёрски проломленный нос, от которого осталась небольшая пипка, я подумал: "Не иначе почитатели его таланта на ниве урегулирования претензий сделали эту пластическую операцию!" Заполнение бумаг, милые улыбки, душевная беседа- всё настраивало на миролюбивый лад. Подумалось: где же черти в этом тихом омуте?
Но черти появились гораздо позже. Был назначен день осмотра машины независимым экспертом. Экспертам "ИНФОРМСТРАХ" доверяет только своим. Эксперт оказался нормальным мужиком. Всё честно записал, поинтересовался, не забыл ли чего внести в акт осмотра. Список оказался внушительным. И пообещав, что максимум через пять дней калькуляция будет у страховщиков, посоветовал звонить прямо туда.
Дальше началось самое увлекательное. Ни через пять дней, ни через десять калькуляции не было. Каждый раз любезный Лебедев отвечал мне по телефону, что её ещё не привезли и что во всём виновата экспертная контора. Каждый раз нежно просил перезвонить денька через два три.
На двадцать второй день звонков я озверел окончательно: ласково пообещал в понедельник прибыть и поставить в известность его руководство. Какие ударники социалистического труда у них работают!
На двадцать пятый день нога великого потерпевшего ступила на землю страховой компании. Лебедев был неподражаем! Улыбнувшись, он сказал: "Вы зря волновались, уважаемый. Калькуляцию буквально полчаса назад наконец-то привезли." И сразу добавил, что она ему очень не нравится. Выяснение, чем же так не понравился Лебедеву сей документ, затянулось минут на десять. Лебедев краснел, бледнел, даже зеленел, но не кололся. Удерживая калькуляцию в своих руках, всё пытался выяснить, на какую сумму я рассчитываю. Для меня так и осталось загадкой, зачем ему это понадобилось. Но мы в детстве тоже не зря в партизан играли- тайны я не выдал.
Наконец мой "заклятый друг" очень недовольно протянул секретный документ "заслуженному партизану". Изучая калькуляцию, я услышал от посрамлённого регулировщика претензий следующее: зря я, дескать, так внимательно исследую, поскольку цифры в ней неправильные; эксперт всё перепутал и заложил норма час 350 руб., когда на самом деле средний показатель норма часа по Москве составляет 280 руб. Якобы, когда доллар стоил 35 руб. (что-то такого не припомню!), это было нормально, а теперь он- 28 руб.,
значит 280 руб. - вот правильная цифра. Дальше добавил: "У нас с вами есть два пути: либо мы сейчас с вами карандашиком на калькуляции запишем новые цифры вы с ними согласитесь и подпишетесь, либо будет назначена новая экспертиза". Через 15 минут напряжения калькулятора и карандаша на документе появились новые цифры. Не вдаваясь в подробности, скажу: итоговая цифра изменилась на 10 тыс. руб.! Вместо 60 тыс. руб. рядом (карандашиком) красовалась цифра 50 тыс. руб. С ней- то мне и предлагалось согласиться. "Лихо работают ребята,- подумалось мне - старик Хотабыч позавидует".
Соглашаться почему- то не хотелось, как- то я не был готов к столь вольной интерпретацией официального документа. Со словами "надо во всём разобраться" почёл за благо удалиться. Выяснение деталей оптимизма не добавило. 350 руб. - это был действительно средний показатель норма часа для ремонта отечественных машин по Москве. Стоимость повреждённых деталей была занижена (причём, я не имею в виду процент износа деталей). И в целом, получалось, что с небольшими потерями за 60 тыс. руб., как было в калькуляции, машину реанимировать всё-таки можно, а вот за 50 тыс. руб., как предлагал Лебедев, уже точно не удастся. С этими выкладками я и направился знакомой тропой в офис "ИНФРОРМСТРАХа" Мне были искренне рады. Приветственных флагов и транспарантов, правда, не было, однако улыбка не сходила с лица неистового борца с претензиями. Мои увещевания немного охладили радость от встречи, но не смутили оппонента. Весь смысл дальнейшего диалога свёлся к следующему: "Бери, уважаемый, "по хорошему" то, что дают, и не морочь голову. Сказано дадим 50 тыс., значит, подписывай и скажи спасибо. А не нравится - иди в суд и через годик- другой, может, что - нибуть получишь". Уж не знаю, куда бы пошла эта разница в 10 тыс. руб., но, регулировщик был в ней очень заинтересован.
Что ж, эту "лебединую" песню слушать смысла не имело. Оставалась последняя призрачная надежда, на то что, доблестный работник ведет свою игру без ведома местного руководства. Пришлось изложить всё выше сказанное на бумаге и через секретаря послать местному вождю, Прошину Владимиру Михайловичу. До вождя заявление, правда, не дошло. Его покой в местном племени чтут свято. Все попытки записаться к нему на приём натыкались на стену заместителей. Каждый раз мне настоятельно рекомендовали посетить одного из них, а уж потом просить допуск к телу предводителя. Письменный ответ пришёл от одного из замов. Должность его называлась "специалист по урегулированию убытков" Филипов Игорь Георгиевич. Так меня косвенно повысили. Теперь от меня ждали уже не претензий, а убытков! В письме была просьба прибыть и совместно провести разбор полётов.
Долго ждать я себя не заставил. Поизучав немного моё дело, зам выразил недоумение: какие 280 руб. норма час?! какие 60 тыс. руб.?! Пришлось взять калькуляцию в свои руки. И действительно никаких надписей карандашом уже, конечно, не было. Но мало этого, каким- то чудесным образом при правильном норма часе 350 руб. итоговая цифра стала 51 тыс. руб.! Не иначе- произошла усушка или утряска! Мой знакомый "подпольщик" просто подменил несколько последних листов из документа, на которых, собственно, и были расчёты. Причём всё было сделано на совесть: печать и подпись эксперта- всё было на месте, не подкопаешься. Единственное, что выдавало вражеское воздействие, - это были лишние дырки от сшивателя. Сразу захотелось направиться в соседний кабинет и сделать Лебедеву очередную пластическую операцию!.. Большим усилием воли я заставил себя не переходить границу добра и зла. Что оставалось делать? Копию с первой калькуляции Лебедев мне дальновидно не выдал, хотя я просил его об этом ещё в нашу первую встречу. Сказал, что даст её только по запросу суда. В итоге, кроме моих слов и лишних дырок, доказательств у меня на руках не было. Конечно, я поделился с замом своими соображениями... Он узнал многое из того, что я думаю о его компании "ИНФОРМСТРАХ" в целом и о Лебедеве в частности...
Наши сограждане редко обращаются в суд, зная, какая там мрачная волокита. Пользуясь этим, страховщики обнаглели до изумления! За три месяца, которые всё это длилось, я имел много бесед с разными людьми, имеющими опыт общения со страховыми компаниями. Выяснил следующее: в крупных и давно работающих компаниях дело обстоит гораздо лучше. Конечно, далеко не всё идеально, но о таких чудесах, какие приключились со мной, ни кто даже и не слышал. А вот такие "тёмные лошадки" как "ИНФОРМСТРАХ" и подобные ей, как раз вносят основной вклад беззакония во взаимоотношения автовладельцев и страховщиков. Причём, дорогие читатели, всё, что я описал выше, - это далеко не все приключения. В своём опусе я оставил только самые значительные события. За три месяца были и другие замы, и ездить в офис пришлось больше десяти раз, а уж количество телефонных звонков совсем не поддаётся подсчёту. Хоть в отпуск уходи, на время этих разборок. Я просто не стал перегружать статью рутиной. Замечу только, что выдали мне на руки 49 тыс. руб. Нашли причину ещё снизить страховую выплату.
Из всего этого выводов несколько. Первое. Очень внимательно отнеситесь к справке, которую составляют сотрудники ГАИ на месте аварии. В ней должны быть указаны все повреждённые детали вашего автомобиля, которые видно не открывая дверей, капота и крышки багажника. Поскольку, фраза "возможны скрытые повреждения" также обязательная в этой справке, относиться к повреждениям именно внутреннего характера. Всё, что видно на поверхности автомобиля, но не указано в документе из ГАИ страховщики вам не оплатят. Мотивируя тем, что вы могли получить эти повреждения уже после аварии. Например, при транспортировке или допустим в гараже. И для них не важно возможно это в принципе или нет. Если в справке деталь не указана – спорить бесполезно.
Второе. Копируйте все без исключения документы, которые хоть как-то относятся к вашему делу. Иначе на тот момент, когда вы окончательно поймете, что хотите решать свой вопрос в суде, у вас на руках не будет ни одного, повторяю ни одного документа. В страховой компании, как впрочем, и в ГАИ, вам заявят, что выдают копии они только по запросу суда и круг замкнётся. Одни справки скопируются без проблем. Ради других придётся пойти на хитрости, уловки или прямую конфронтацию. Но получить копии вполне реально.
И последнее. Доверяйте страхование своих "боевых коней" только крупным, известным, а главное проверенным компаниям. Иначе, кем бы вы ни были, виновником или пострадавшим, вы рискуете остаться наедине со своими бедами. Недобросовестные страховщики найдут способ переложить свои проблемы на ваши плечи. К сожалению, ещё нет механизма воздействия на такого рода страховых "кидал". Суда они не боятся. Он им только на пользу. Надолго затягивает выплаты. А что бы лишить такие компании лицензии, видимо, придётся ждать "светлого завтра". Скорей бы уже оно наступило.

2004 г. Авакимьянц Владимир.